«Еврейская революция»?

.

Так назвал в 1921 году Октябрьский переворот адвокат и публицист Н.П. Карабчевский. Считать его антисемитом нет оснований. Он успешно защищал Менделя Бейлиса, обвиняемого в ритуальном убийстве христианского мальчика. Это шумное дело с национально-политический подоплекой слушалось в Киеве в 1913 году, вызвав сильный резонанс в России и за рубежом. В Петербурге А.М. Горький и В.Г. Короленко организовали комитет, выступавший против антисемитизма.

Короленко, который всегда клеймил позором национал-шовинизм, написал в своем дневнике (март 1919 года): «Среди большевиков — много евреев и евреек. И черта их — крайняя бестактность и самоуверенность, которая кидается в глаза и раздражает. Наглости много и у не-евреев. Но она особенно бросается в глаза в этом национальном облике».
Во время разгула украинского национализма в том же дневнике он особо выделил, с крайним возмущением, убийства еврейских семей, сделав вывод: «В повстанческом движении заметны ненависть к коммунизму и… юдофобство, — «Мы теперь под властью жидов». Они не видят, что масса еврейская разных классов сама стонет под давлением преследования, реквизиций и произвола».
Настоятель епископальной церкви в Петрограде, американец, доктор богословия А. Саймоне писал вскоре после революции: «Многие из нас были удивлены тем, что еврейские элементы с самого начала играли такую крупную роль в русских делах… Я не хочу ничего говорить против евреев как таковых. Я не сочувствую антисемитскому движению… Я против него. Но я твердо убежден, что эта революция… имеет ярко выраженный еврейский характер».
Казалось бы, все это — далекое прошлое. Однако в наши дни нередко можно услышать, что революцию в России совершили евреи или некие «жидомасоны». Уже сама эта кличка более всего подобна клейму, имеющему явный след антисемитизма. Можно с негодованием отвергнуть ее, однако полезней обратиться к рассудку. Перед нами определенная точка зрения, а то и глубокое убеждение или не менее катастрофическое заблуждение.
Возможно, произошла подмена одних масонов, преимущественно русских, на других, которых антисемиты называют «жидомасоны», а интеллигенты — «иудеомасоны». Один из представителей первой группы горячо доказывал мне, что руководители большевиков принадлежали именно к этой разновидности масонства, молот и серп — масонские символы, пятиконечная звезда — клеймо антихриста. Попытался ему объяснить: у масонских лож множество символов (некоторые из них — на американских долларах); советские серп и молот выражают единство крестьян и рабочих, а звезда антихриста перевернута двумя рожками вверх, типа рогов козла… Не уверен, что он принял к сведению мои доводы. У него уже сложилось простейшее объяснение тому, что произошло с нашей страной и кто в этом виноват.
Некоторое оправдание мифа о «иудеомасонах»: значительное число евреев находилось в высшем партийном руководстве (Троцкий-Бронштейн, Свердлов, Зиновьев-Радомысльский, Каменев-Розенфельд, Урицкий, Сокольников-Бриллиант, Володарский-Гольдштейн, Стеклов-Нахамкис), а также в карательных органах. Однако никто из них вроде бы не был масоном. Кстати, эта организация в СССР была запрещена, участие в ней каралось как государственное преступление.
И все-таки хотелось бы выяснить, не была ли Октябрьская революция в действительности не социалистической, а еврейской?
Наш крупный мыслитель отец Сергий Булгаков, вынужденный с 1922 года жить в эмиграции, писал: «Еврейство в своем низшем вырождении, хищничестве, властолюбии, самомнении и всяческом самоутверждении совершило… значительнейшее в своих последствиях насилие над Россией и особенно над Святой Русью, которое было попыткой ее духовного и физического удушения. По своему объективному смыслу это была попытка духовного убийства России».
Надо ли это понимать как подтверждение версии «еврейской революции»? Вряд ли. Во-первых, сказано о «низшем вырождении» еврейства, то есть об отщепенцах, не представляющих всей данной нации, действующих ей во вред (в этом смысле его замечание вполне относится и к нашему времени). Во-вторых, он писал в прошедшем времени, о попытке; следовательно, она так и не была в то время реализована. В-третьих, речь идет не о том, что эти люди совершили Октябрьскую революцию, а об их попытке использовать ее в своих целях.
Версия «еврейской революции» выглядит чрезмерно примитивной и далекой от реальности. Она обязана своим появлением либо узости мысли, либо непониманию сути крупных общественных переворотов, либо презрению к народным массам. Неужели русский народ настолько безволен и духовно жидок, что его легко и просто увлекают в неистовый, бездумный бунт и самоубийственную междоусобицу представители одного из национальных меньшинств Российской империи?!
Тут бы кстати вспомнить о роли в революционном движении и установлении советской власти латышей, поляков, грузин, армян, татар… Целый «интернационал»! Или свет клином сошелся на одних только евреях?
До середины 1920-х годов в карательных органах евреи занимали невысокие посты. А среди руководителей, как справедливо отметил В.В. Кожинов, преобладали поляки и прибалты (Дзержинский, Петерс, Менжинский, Уншлихт и др.). «Только в 1924 году, — писал он, — еврей Ягода становится 2-м заместителем председателя ОГПУ, в 1926-м возвышается до 1-го зама, а 2-м замом назначается тогда еврей Трилиссер. А вот в середине 1930-х годов и глава НКВД, и его 1-й зам (Агранов) — евреи». И на менее высоких должностях в карательных органах того времени преобладали представители этой национальности.
Осенью 1934 года в «Известиях» сообщалось о присвоении высших званий двадцати работникам НКВД. Из них 11 были евреями, включая Генерального комиссара (маршала), и лишь 4 (!) русскими. Это не объяснишь каким-то особым интеллектом представителей данной национальности. В органах НКВД требовалось в первую очередь нечто другое. Широкое представительство евреев разумнее считать их взаимной поддержкой.
Обратим внимание на то, что за последние два десятилетия не 1920-е годы, а 1937 год стал преподноситься в наших СМРАП как символ страшного политического террора! Но в этом проявлении государственного терроризма (непомерно преувеличенном по масштабам) «еврейский след» обозначен более отчетливо, чем во время революции!
Не удивительно, что в 1917 году против царской власти и Временного правительства активно выступали представители евреев и других малых народов России, не говоря о многочисленных украинцах. Они возмущались ущемлением своих прав (насколько это было обоснованно — другой вопрос). Однако революционные перевороты 1917 года, как мы уже не раз подчеркивали, происходили на волне анархического движения народных масс, где безусловно преобладали русские.
«Сионист М.С. Шварцман, — писал В.В. Кожинов, — определил оказавшихся у власти в октябре 1917 года евреев как играющих «отвратительную» роль «отщепенцев» и «преступников». Могут возразить, что гонения на сионистов со стороны большевистской власти и позже были гораздо менее последовательными и жестокими, нежели гонения на национально мыслящих русских людей. Это действительно так, и имелись, очевидно, две причины более «мягкого» отношения власти к еврейским «националистам». Во-первых, противостояние власти и сравнительно немногочисленных (в соотношении с русскими) национально ориентированных евреев не представляло грозной опасности для большевиков, а во-вторых, сказывалось, конечно, единство происхождения, племенная солидарность».
Не следует, однако, преувеличивать пресловутую племенную солидарность. По справедливому суждению историка и философа Л.П. Карсавина, евреев (добавим: и не только их) можно разделить на три группы. 1) Ориентированных на свою национальную культуру. 2) Ассимилированных той или иной культурой страны, где они проживают и которую считают своей родиной. 3) Интернационалистов, выступающих как нигилисты и разрушители любой традиционной национальной культуры. Они-то и были революционерами.
В этой связи вспомним прекрасного поэта, человека русской культуры Осипа Мандельштама. По его словам, русский язык не поддался западным, латинским влияниям; это придало ему «самобытную тайну эллинистического мировоззрения, тайну свободного воплощения, и потому русский язык стал именно звучащей и говорящей плотью». Весной 1933 года поэт писал в стихотворении «К немецкой речи»:

Себя губя, себе противореча,
Как моль летит на огонек полночный,
Мне хочется уйти из нашей речи
За все, чем я обязан ей бессрочно.
Есть между нами похвала без лести
И дружба есть в упор, без фарисейства —
Поучимся ж серьезности и чести
На западе у чуждого семейства…

Летом того же года под воздействием рассказов о бедствиях в российской деревне при коллективизации, а также ужесточении карательных мер в стране (направленных преимущественно против так называемых русских, украинских и белорусских националистов) он написал настоящий пасквиль на Сталина. В нем было: «Его толстые пальцы, как черви, жирны, / И слова, как пудовые гири, верны, / Тараканьи смеются глазища, / И сияют его голенища». Как тут не отметить, что у Сталина была тонкая кисть и сухие пальцы, да и глаза не тараканьи (так же как усищи). В другом варианте вождь СССР назван «душегубом и мужикоборцем».
За подобные «вольности» (или за русский великодержавный шовинизм?) он был арестован и подвергся… Нет, не казни, а высылке из Ленинграда в город Чердынь Пермской области, а оттуда и вовсе в Воронеж. Это можно понимать как предупреждение: будь осмотрительней!
Побывав пару лет в российской относительной «глубинке», Осип Эмильевич убедился, что жизнь народа налаживается, и с полной искренностью в начале 1937 года сочинил «Оду», посвященную Сталину. Она завершается:

И шестикратно я в сознаньи берегу,
Свидетель медленный труда, борьбы и жатвы,
Его огромный путь — через тайгу
И ленинский октябрь — до выполненной клятвы…
Правдивей правды нет, чем искренность бойца:
Для чести и любви, для доблести и стали,
Есть имя славное для сжатых губ чтеца —
Его мы слышали и мы его застали.

Приветствуя возрождение страны и Сталинскую конституцию, Мандельштам восклицает в июле того же года (фрагмент большого стихотворения):

Но это ощущенье сдвига,
Происходящего в веках,
И эта сталинская книга
В горячих солнечных руках…

А через восемь месяцев его арестовали и послали на верную смерть. За что? Кто? Дело в том, что неприязнь к поэту испытывали почти исключительно евреи интернационалисты (Зиновьев, Каменев, Блюмкин, Мехлис, Давид Бродский). Получается, что его казнили за поддержку сталинской политики!
Как видим, наиболее губительной была деятельность не евреев вообще, а вполне конкретных интернационалистов, сторонников Троцкого, мировой революции. Для них культура была орудием в политической борьбе. Заодно с ними выступали такие же яростные интернационалисты других племен и народов.
…Истоки мифа о «еврейской революции» уходят в прошлое, по меньшей мере к осени 1905 года. Тогда Николай II для прекращения общественных беспорядков (всероссийской стачки) и во избежание революции провозгласил 17 октября манифест, предоставляя народу «незыблемые основы гражданской свободы: действительную неприкосновенность личности, свободу совести, собраний и союзов». В стране устанавливалась конституционная монархия.
На следующий день после этого события во многих городах начались демонстрации и митинги, приветствующие долгожданную конституцию. О событиях в Киеве, написал В.В. Шульгин — редактор газеты «Киевлянин», монархист по убеждениям. «В городе творилось нечто небывалое. Кажется, все, кто мог ходить, были на улицах. Во всяком случае, все евреи. Но их казалось еще больше, чем их было, благодаря их вызывающему поведению. Они не скрывали своего ликования». Конечно же, преобладали русские.
Крещатик был буквально наводнен гигантской толпой. Люди высыпали на балконы, с остановившихся трамваев кричали что-то ораторы. Из трехцветия флага был вырван и распространен повсюду красный цвет. Речи о свержении самодержавия произносили с балкона городской Думы. И тут на глазах толпы царская корона, установленная на балконе, грохнулась на грязную мостовую. Кто и как это сделал, осталось неизвестным. Но по толпе пробежал зловещий шепот: «Жиды сбросили царскую корону».
Происходящее в городской Думе Шульгин описал так: «Толпа, среди которой наиболее выделялись евреи, ворвалась в зал заседаний и в революционном неистовстве изорвала все царские портреты… Некоторым императорам выкалывали глаза, другим чинили всякие другие издевательства. Какой-то рыжий студент-еврей, пробив головой портрет царствующего императора, носил на себе пробитое полотно, исступленно крича:
— Теперь я — царь!»
Войскам было приказано взять штурмом и очистить от бунтарей Думу. Они дали залп. «Толпа в ужасе бежала, — писал Шульгин. — Все перепуталось — революционеры и мирные жители, русские и евреи. Все бежали в панике, и через полчаса Крещатик был очищен от всяких демонстраций». А в городе начались еврейские погромы.
Шульгина, служившего в чине прапорщика запаса, во главе взвода и с полицейским надзирателем направили на подавление беспорядков в киевское предместье Димиевку. Там они увидели ужасную картину: дома с выбитыми окнами, разбросанный повсюду в грязи скарб, поломанная мебель, пух от вспоротых подушек и перин… Мародеры, преимущественно женщины, бойко растаскивают выброшенные вещи. Человеческих жертв было мало. В целях самообороны некоторые молодые евреи стреляли в толпу. В ответ их (или кого-то еще, как тут разберешь) ловили и убивали. Это были единичные случаи. Но сами по себе стихийные и тупо-злобные погромы возбуждали у вполне мирных до этого момента евреев страх и ненависть к погромщикам, монархистам и вообще русским.
Так «дремучие монархисты» и примкнувшая к ним всяческая шваль, сами того не понимая, сплачивали массы евреев и вовлекали в революционное движение даже тех из них, кто до той поры сохранял лояльность к царской власти. Можно возразить: да ведь еврейские активисты сами первыми начали! Но ворвались в здание городской Думы, сбросили корону и глумились над портретами российских императоров не только одни евреи. Для русского взгляда они, конечно же, выделялись особо.
Разве в этой разнузданной акции не участвовали русские студенты? Наверняка участвовали, и в немалом числе. Но когда потребовалось указать на виновников, то их определили до идиотизма просто: во всем виноваты евреи. Хотя представители этой национальности находились не только в рядах революционеров, но были и черносотенцами, а в основной массе, как положено обывателям, сохраняли политический нейтралитет.
Может быть, Шульгин возвел напраслину на евреев, являясь антисемитом? Ведь он нередко отзывался об этом народе нелестно. Но разве не он в 1913 году опубликовал в «Киевлянине» заметку в защиту Менделя Бейлиса, обвинив прокуратуру в предвзятости? За это (как было сказано, «за распространение заведомо ложных сведений о должностных лицах») его приговорили к тюремному заключению и штрафу. Антисемиты распустили слух, будто он «куплен жидами».
А после этого его посетил красивый, библейского облика старик иудей и сказал, что высший чин иудаистов назначил день и час, когда по всему свету верующие в Бога евреи будут молиться за него, Шульгина. «Я как-то почувствовал на себе это вселенское моление людей, — писал он, — которых я не знал, но они обо мне узнали и устремили на меня свою духовную силу». (Не потому ли прожил Шульгин 98 лет, веря в силу такой молитвы?)
…В книге М. Агурского «Идеология национал-большевизма», изданной в Париже, не без основания заявлено: «Я полностью отвергаю миф о Бухарине как умнейшем «русском» человеке и позволю себе считать его «дураком» советской истории, притом злейшим врагом всего русского». Можно, кстати, вспомнить, что Ленин всерьез обвинял в русском великодержавном шовинизме… Сталина и Дзержинского!
Как понимать такие парадоксы? Русский Бухарин — враг «всего русского», а грузин и поляк — русофилы и шовинисты, а обвиняет их в этом, опять же, русский человек. (У Ленина одна из двух бабушек была еврейкой, но это не имеет никакого значения: он принадлежал к дворянской семье русской культуры и православного вероисповедования.)
Объяснение парадоксов, мне кажется, очевидное: большинство руководителей партии большевиков были интернационалистами. Ведь и Ленин предполагал, что социализм в России может окончательно победить лишь в результате мировой революции. Правда, первым о возможности построения социализма в одной стране высказался Бухарин (обосновал и воплотил в жизнь эту идею Сталин). Но для него социализм ассоциировался с нивелированием национальных особенностей, которые, по его мнению, были пережитками прошлого.
Говоря о «еврейском вопросе», отметим его международный аспект. В 1905 году глава царского правительства граф С.Ю. Витте прибыл в США для заключения мирного договора с Японией. К нему пришла делегация крупных американских банкиров-евреев. В нее входил Шифф (знакомый Льва Троцкого), находившийся в хороших отношениях с президентом Теодором Рузвельтом. Целью визита было стремление добиться того, чтобы евреев в России не ущемляли в правах.
Витте согласился: положение евреев в России оставляет желать лучшего, но оно не столь ужасно, как им сообщили. А предоставление им равноправия может иметь для них плохие последствия. «Это мое указание, — вспоминал Витте, — вызвало резкие возражения Шиффа, которые были сглажены более уравновешенными суждениями других членов делегации».
Мне кажется, роль денег американских банкиров, в частности, Якоба Шиффа, была в русских революциях существенна в отличие от так называемого золота германского Генштаба, якобы полученного Лениным. Но можно ли на такие средства не только содержать революционеров, но и поднять на восстание русский народ? Чтобы поверить в такую возможность, надо весьма туманно представлять себе, что такое народные массы и революция, чрезмерно преувеличивая роль денег.
Те, кто полагает, будто большинство людей нетрудно подкупить, сделав предателями, судят, пожалуй, либо по своему опыту, либо на основе событий последних двух десятилетий, когда миллионы наших сограждан легко поддались на посулы богатой и легкой жизни при переходе к капитализму. (Впрочем, подкупали тогда немногих, а большинству просто солгали.)
В российских восстаниях 1905-го и 1917 года евреи играли немалую роль. Не из ненависти к русскому народу, а, главным образом, борясь за свои права. Во время Октябрьского переворота и в Советской России непропорционально много евреев находились на руководящих постах в руководящих органах. Но свержение Временного правительства было только началом революции. Последовала Гражданская война, показавшая, кто сильней в жестокой борьбе за власть. Большевики победили только потому, что на их стороне была правда и значительная часть русских, а также представителей других национальностей.
Версия о том, что Октябрьскую революцию совершили евреи во имя своих частных интересов и вопреки воле русского народа так же нелепа, как приписывание Февральской революции масонам. Такое понимание движущих сил истории, грандиозных социальных переворотов не имеет ни религиозного, ни философского, ни научного обоснования. Оно существует только благодаря хитрости одних и глупости или неосведомленности других.
Еще одно замечание. Недопустимо огульно обвинять (или восхвалять) любой народ. Предельно подло звучат призывы к русскому народу покаяться в совершении революционного переворота 1917 года подобно призывам «бей жидов, спасай Россию» (и то, и другое мне приходилось слышать). Гнусные преступления, так же как выдающиеся достижения, совершают конкретные люди или организации. В каждом народе есть и достойнейшие, и скверные люди, а то и преступники.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.